|
|
   |
На днях на подпись Президенту Украины был направлен проголосованный Верховной Радой новый Закон «О государственной поддержке кинематографии в Украине» (№ 3081-д). Инициаторами законопроекта являются четыре народных депутата. Во главе проекта — председатель комитета ВР по вопросам культуры и духовности, журналист Николай Княжицкий, а в числе разработчиков — его заместитель, председатель подкомитета по вопросам охраны историко-культурного наследия Сергей Тарута, которого называют сегодня «владельцем» Одесской киностудии. Наша беседа — с председателем правления ЧАО «Одесская киностудия» Андреем Зверевым.
ДЛЯ НАЧАЛА — об основных положениях Закона, которые, по мнению профессионалов, как, например, народного артиста Украины, режиссера Ярослава Лупия, так и самого Андрея Зверева, вполне отвечают практике развитых зарубежных кинематографий. Закон провозглашает принципы протекционизма государства в сфере отечественной кинематографии: в производстве и распространении фильмов, получении инвестиций, — и признание кинематографической отрасли одним из приоритетов государственной политики в сфере культуры. На развитие отрасли предусмотрено направлять не менее 0,2% Государственного бюджета в год. Государственная субсидия на производство фильмов может достигать 80% сметной стоимости, если заявитель подтвердит, что располагает 20% проектной стоимости фильма; госфинансирование же детских, анимационных и просветительских фильмов — неизменно 100% стоимости. Телефильмы и телесериалы государство берется финансировать на 50%.
Из практики Запада взято вот что: если инвестор потратился на производство фильма и фильм пользуется успехом в прокате, государство возмещает инвестору часть потраченных средств: 25 процентов.
На 2017 год запланировано выделить из Госбюджета на развитие киноотрасли в двадцать раз больше средств, чем в 2015 году. Погодим, впрочем, радоваться, говорят киношники: во-первых, еще предстоит утвердить Государственный бюджет на следующий год. Во-вторых — инфляция...
Но участие в проекте Закона о кино Сергея Таруты само по себе любопытно, так как, являясь номинальным владельцем половины акций Одесской киностудии, Сергей Алексеевич до сих пор в специфическом интересе к искусству и производству кино замечен не был. Андрей Зверев встречался со своим шефом в нынешнем сентябре. И как оно?
— Для Сергея Алексеевича Таруты этот актив — Одесская киностудия — очевидно не профильный, — откровенно отвечает председатель правления ЧАО «Одесская киностудия». — Но относится он к отрасли с пиететом. В 2005 году выделил же восемь миллионов долларов на закупку оборудования и обновление фасада головного здания...
— Ну, это дела давно минувших дней...
— Сейчас мы на этапе доказательства. Первое — мы есть. Второе — мы можем снимать. В-третьих, получается пока неплохо. А гении — это уж результат массового производства. Я приехал сюда из Киева шесть лет назад: думал — на год. В Киеве занимался управлением холдингом металлоконструкций, был кризисным управляющим. Прислали меня на киностудию восстановить платежеспособность предприятия, которое разваливалось. За девять месяцев работы я вывел его на самоокупаемость. И сам в это время учился.
Следующий этап — восстановление инфраструктуры кинопроизводства: чем, где, как снимать. Прессы избегал: говорить о планах было бы нечестно и непорядочно. Исходные позиции 2005 года были: звук «5 — 1», это стереозвук для телевизионного продукта; ведь современная цифровая система «Долби» — это полтора миллиона долларов за одну лишь установку, да еще нужно и проект заказать и оплатить, чтобы ее купить. Располагала студия также осветительным оборудованием немецкой компании ARI. Это позволяло оказывать услуги съемочным группам. А зарплаты... Тарута выплачивал: сама-то студия давно ничего не снимала. Заказов извне — минимум.
— И посыпались кадровые сокращения...
— Я и сейчас сокращаю. Значительно. Кино — это еще и бизнес. Мировые кинопроизводственные компании имеют в постоянном штате минимум сотрудников. Перспектива нашего кинопроизводства — в переходе на контрактную основу. Это цивилизованный подход. В киевской «Стар Медиа» — пять человек в офисе. Чем получать мизерную зарплату в межпроектном периоде, лучше получить хороший гонорар под проект.
— Но кинопроизводство невосстановимо теряет квалифицированные кадры...
— Я организовал на студии трехгодичные подготовительные курсы, совместно с кинофакультетом Киевского университета имени Карпенко-Карого. Приезжают профессора со студентами на нашу производственную базу. Готовим абитуриентов. Здесь снимаются курсовые и дипломы. Короткий метр — это великолепный инструмент выучки, в мире эти работы на специальных фестивалях отсматривают...
— Да уж, я на Одесском кинофестивале три дня отсматривала — молоко за вредность должна бы получать...
— Согласен: Украина сегодня бедна на профессионалов. Ведь ими становятся на съемочных площадках! Практика и еще раз практика. То-то многие и бегут в Москву. А наши кинематографические «гранды» — представители совсем другой, чем сегодняшняя общемировая, экономической модели кино. Сегодня к тому же кинематограф возвращается к принципу аттракциона, уходит в зрелищность. Это объективная социально-психологическая данность. Я-то заинтересован привлечь местных, молодежь... но им существовать в условиях рынка.
Что еще удалось сделать? Восстановили мемориальный первый павильон: «павильон Веры Холодной». Ну, как восстановили: при Вере Холодной там стеклянная крыша была. А при мне уже не было ни крыши, ни пола, стены — голый бетон. Для съемок он сегодня тесен, нецелесообразно его оборудовать, — превратили в культурный центр. Зато павильон № 5, большой, восстановлен полностью. Начал я с приведения туалетов к цивилизованной норме. Оперативное освещение, костюмерные, гримерные, съемочную технику — всё обновил. Павильон № 3 — пока что по старинке, но восстановили декорацию, и он востребован. Киностудия убедилась в своей состоятельности как технической площадки.
— А как здесь с хранилищами реквизита? Ведь он должен накапливаться.
— Зданиям по 70, 80, без малого 100 лет: требуют перманентного ремонта. Костюмы, на более чем 30 тысяч экранных образов, я застал в виде кучи тряпья. Мы приспособили костюмерный склад, оснастили стиральными и сушильными машинами, принудительной вентиляцией. Провели ревизию нашего костюмного богатства, создали электронный каталог с фотофиксацией.
Сегодня функция киностудий меняется: возвращаемся к идее кинофабрик. Контрактные отношения и территория киностудии как предлагаемая техническая база. Как в Голливуде? Есть киношное хозяйство — отдельные компании. И есть продюсерские центры. В СССР продюсером-монополистом было государство. В мире же никакой продюсер не привязан к определенной базе, которые разбросаны по разным странам.
— Знаете, какое впечатление сложилось у меня об отечественных продюсерах? У нас продюсер — это субъект, который может «уболтать» чиновников на выделение бюджетных денег, заплатив откат...
— Что такое продюсер, как я понимаю: человек с талантом выбрать историю, которая поразит зрителя и будет популярна.
— То есть: с нюхом на социальный заказ.
— Да. Толковый продюсер знает, например, какой телевизионный канал на какого зрителя ориентирован. Отвечает за продажу продукта. Собственных-то денег у продюсеров мало: устраивают складчину, уговорив тех и других. Надо потом — продать! Продюсер — рыночно ориентированный персонаж. Даже в Одессе есть продюсеры, специализирующиеся на ТВ-мыле. Но, как правило, продукция продается в платежеспособные страны. А я вот всё слышу в Минкультуры и в Агентстве по вопросам кино: «Не переймайтеся, Захід допоможе». Управленческие кадры кино за 25 лет тоже сильно потеряли в профессионализме...
Главная задача сегодня — возврат отечественных киностудий в ряды самостоятельных производителей.
— А Тарута имеет собственное видение задачи?..
— Не комментирую.
— Знаете, как я привыкла именовать сменяющихся директоров Одесской киностудии? По Бабелю: «ночной сторож при чужом складе»...
— Покуда я здесь, я патриот этой киностудии. Очень сложно держать на плаву устарелое предприятие. Очень многим интересно выхватить из-под киностудии землю. Всеми методами.
...Будет ли в Украине свое кино? Закон — он ведь на бумаге. Станут ли бывшие киностудии полноценными производственными базами полноценной киноотрасли? Или словосочетание «ЧАО Одесская киностудия» — вы, полагаю, обратили внимание, каково звучит! — окажется пророческим? Одно ясно: что станет с государством Украина — то будет и с его кино...
Валентина Левчук