|
|
   |
В один из недавних холодных дней ехала я в центр города, к подружке, поеживаясь в необдуманно надетом легоньком плащике.
И вот на одной из остановок по ступенькам маршрутки поднялась девочка лет десяти с мамой. Вряд ли обратила бы на них внимание, но курточка девочки, мелькнувшая в дверях, заставила затаить дыхание — так она была похожа на ту, о которой до сих пор напоминают мне дома.
Случилось это года четыре назад. В конце зимы моя одноклассница Яна вдруг пришла в школу в такой куртке, от которой у меня захватило дух. Ярко-синяя, усеянная белыми звездочками, как снежинками, а на капюшоне — голубой мех с белыми кисточками. Всем девочкам обновка понравилась, а я почему-то просто голову потеряла — хочу такую же.
Не успела мама вечером порог переступить, я приступила к уговорам. «Но ведь твоя куртка почти новая, в следующем году — купим», — отбивалась мама. А мне моя унылая серая с бордовыми вставками — «зато практичная, вечно ты вымажешься чем-то» — просто опротивела в один миг. «Не буду ее носить, лучше в свитере в школу пойду», — весь вечер грозила.
Надо сказать, с такими вот «Купи!» приставала я к маме редко. Ведет она дом на свою зарплату и бабушкину пенсию, тяжело ей. А здесь — будто заколдовали меня. Помню, даже плакала, бабушке горе изливала.
Утром осеннюю легкую курточку из глубины шкафа вытащила — и за дверь. Замерзла здорово, пока до школы добежала. Выхожу после уроков в вестибюль — а там бабушка с теплой курткой и шапкой. Тут вообще — караул! Вся школа надо мной смеяться будет!
Взлетела по лестнице наверх, на четвертом этаже отсиживалась, пока все одноклассники не разошлись. Бабушка стала мне выговаривать: «О чем ты думаешь, холодно ведь, заболеешь...». А я в той же легкой курточке мимо нее пробежала, из школьных дверей выскочила — и домой. И когда бабушка тоже вернулась, я заявила категорически: теплую серую куртку не надену больше никогда, она просто «позорная».
Мама с бабушкой совещались на кухне, а я уроки делать не могла — ну что, купят или нет? И знобило немножко — видимо, начиналась простуда. Так и заснула в кресле у двери, уроки не доделав. На следующий день — температура, горло болит... Ну и прекрасно, главное — не идти через школьный двор в теплом сером убожище!
В общем, одолжила мама деньги, и в ближайшие выходные купили мне куртку — такую, как хотела, только вместо белых кисточек на капюшоне — серые. Тоже очень красиво. Простуда сразу прошла — как не бывало.
И вот в понедельник отправляюсь в школу рано-ранехонько, чтобы подольше во дворе покрутиться-похвастать. Но тут...
Столкнулись мы с Яной рядом со школьным крыльцом, где больше всего ребят клубится. Она оглядела меня, скривилась:
— Ты что, не видела, что у меня тоже такая куртка?
— Ну, не совсем такая, — ответила я, показывая на серые кисточки в голубом мехе.
— Да кто их рассматривать будет, — топнула ногой Яна. — Буду из-за тебя как инкубаторская.
— Так не носи, — огрызнулась я, пожимая плечами.
— Тебе она не идет, а мне идет, — бросила одноклассница.
Отразились мы обе в зеркале вестибюля — лиц не видно, звездочки в глазах мельтешат. «Вы что, близнецы?» — пробегая, крикнул кто-то. Ага, конечно. Яна, с черной косичкой и красными от холода щеками, и я — бледная даже в жару. Кому больше курточка идет, и не разберешь.
В общем, стало у меня в классе на одну приятельницу меньше, на одного недруга больше. Шушукалась Яна за моей спиной весь день, а мои подружки плечами пожали — ведь и правда, смешно быть одинаковыми и копировать чужое. И радость моя как-то стала утихать.
Кончилось все просто. В школу я курточку больше не носила, гуляла в ней после уроков и по выходным. Мама и бабушка, конечно, заметили, напомнили мне, что предупреждали о таком развитии событий. А я была в таком угаре, что даже и не помнила их слов. Ну и, как говорится, мораль сей басни... наверное, такова: будьте самими собой и прислушивайтесь к родным.
ЛЮДМИЛА