|
|
   |
Об Одесском городском специализированном Доме ребенка №1 «Вечерняя Одесса» рассказывала 19 июля минувшего года. Здесь дети, лишенные родительской опеки, живут до семи лет. В свое время тут был открыт Центр ранней медико-социальной реабилитации, паллиативной и хосписной помощи. Коллектив первым в Украине взялся совершенствовать работу Дома ребенка. Для того, отметила тогда главврач Валентина Карташова, чтобы ребенок, находясь здесь, окреп и мог вернуться в семью жизнеспособным.
Хорошо, если семья (есть такой чиновничий термин — биологическая), прежде совершенно не заботившаяся о малыше, одумалась и приняла его вновь, сознательно поменяв свое, простите, пофигительное к нему отношение на истинно человеческое. А если родной семьи нет вообще или ее не разыскали, или отношение к ребенку осталось прежним, бесчеловечным?..
К концу 2016 года четверо ребятишек, которым исполнилось 7 лет, согласно закону, из Дома ребенка были переведены, если говорить официальным языком, «в учреждения социальной защиты» — в детские дома, в том числе «семейного типа»; у семерых появились опекуны. А 15 детей были возвращены в биологические семьи.
Не просто так. Своим поведением эти семьи должны были доказать, что их желание вернуть родную кроху — не минутная прихоть и не расчет разжиться «детскими» деньгами, выделяемыми государством. К сожалению, случается и такое. Подобные отцы-матери торопятся в первую очередь решить свои финансовые проблемы — открывают в банке счет или приобретают, к примеру, недешевую бытовую технику, без которой можно было бы и обойтись.
А бывает, что с ребятишками жестоко обращаются... Валентина Александровна рассказала о пяти подобных случаях. Дети, призналась, вкусив такой «родительской любви», с радостью возвращаются в Дом ребенка — родным для них остался именно он. И как же трудно преданному родителями маленькому человеку залечить полученную травму, прежде всего — душевную. Чтобы он вновь поверил людям взрослым, солгавшим ему, причинившим ему боль.
К счастью, есть на белом свете и другие семьи. Они готовы усыновить одного, а то и нескольких детей-сирот, даже если свои имеются, готовы поделиться теплом и лаской. К концу минувшего, 2016-го, года усыновленных детей, воспитанников Дома ребенка № 1, было 36.
Наши читатели, наверное, помнят историю маленького Вовочки, которого нашли избитым ночью на одной из улиц Одессы. Розыски родных мальчишки или нелюдей, от которых он пострадал, ничего не дали, и он был поставлен на учет по усыновлению. По словам Валентины Александровны, мальчик перенес две операции по пересадке кожи волосистой части головы, получил другое надлежащее лечение. С ним много работали психологи, неврологи. На первых порах малыш был абсолютно закрытым, не разговаривал, боялся животных (а в Доме ребенка собаки и кошки совершенно домашние, добрые — общение с ними тоже своего рода психологическая поддержка детям), ночью был настолько беспокойным, что приходилось укладывать его в кроватке с высокими бортиками, в отдельной комнате.
— И наши усилия не пропали даром, — счастливо улыбается Валентина Александровна. — К концу сентября Вова уже разговаривал, для большей адаптации его перевели в группу к ровесникам. А шестого октября его усыновили!
Оказалось, у этой семейной пары двое своих детей, и в Дом ребенка они пришли не впервые.
— Семья замечательная, — радуется Валентина Александровна. — Вовочку пожелали усыновить восемь семей, но мы всем коллективом отдали предпочтение этой. Мы этих людей давно знаем: пару лет назад они удочерили нашу девочку. И за Вовочкой пришли всей семьей. Дети сразу же приняли его, и он тоже раскрепостился. За время, пока шло оформление документов, и словарь его обогатился, и эмоции стали ярче. Никто так не возвращает в детство, как сами дети.
— Дать кров сироте — все равно, что построить храм, — убеждена В. А. Карташова. И рассказывает истории, что сродни чудесам.
Молодая пара долго состояла на учете по усыновлению, ждала, не раз приходила в Дом ребенка. А через шесть месяцев после очередного визита женщина вдруг узнает, что беременна. Хотя врачи надежды не давали. Такое чудо случилось с четырьмя семьями. Уже после того, как они усыновили по одному ребенку. Этих, усыновленных, деток считают они проводниками между Богом и ими, усыновителями, а рождение ребенка — наградой свыше.
— Счастливы и мы, — доверительно делится Валентина Александровна, — что делаем людей счастливыми, что семьи таким счастьем укрепляются. Тайна усыновления соблюдается, но очень приятно знать, что детки растут, можно сказать, с нами. Нам присылают фото. Как счастье преображает человека! Женщины становятся ярче, глаза сияют.
Очень переживает коллектив сотрудников Дома ребенка, чтобы родные братья и сестры не были разделены. Волновались, к примеру, за четверых ребят, поступивших еще маленькими из асоциальной семьи. Когда один из малышей достиг семилетнего возраста, пришла пора определять его «под социальную защиту», то есть разлука — неминуема. А тут приехала семья из Киева, хочет удочерить девочку. На ознакомление пригласили в кабинет главврача пятилетнюю Ванду (в этом возрасте право выбора за детьми) из той четверки. И она вдруг спросила: «А как же мои братики?»
— Сразу же прошло желание обустраивать ее судьбу, — вспоминает Валентина Александровна. — Но случилось так, что приехала семейная пара из Италии, появилась надежда. Конечно, я переживала. Малюток можно взять на руки, приласкать, улыбнуться — и расположить к себе. А как быть с подросшими ребятишками, имеющими уже свои представления о жизни, о людях?.. И по закону, и чисто по-человечески необходимо учитывать их желания. К счастью, эти четверо детей как будто были созданы для этой семьи. Они буквально растворились друг в друге. Дети, можно сказать, за неделю усвоили язык.
Не секрет, что украинские семьи опасаются усыновлять проблемных по здоровью детей. И все-таки добрые люди находятся. У семьи из Киева — двое взрослых сыновей. Пожелали усыновить еще одного. А в Доме ребенка воспитывались трехлетние двойняшки — мальчик и девочка. Рождены от ВИЧ-инфицированной матери, до года у мальчика обнаружилась та же проблема... Когда киевляне собрались усыновлять мальчишку, их по-дружески так спросили: «А не хотите ли и лапочку-дочку?» И детей не разлучили.
— Дети до семи лет, как зеркало: сколько любви подаришь — столько и вернут, — говорит Валентина Александровна, — Любовь творит чудеса. И уже не важны ни наследственность, ни что иное. Надя и Яна — близняшки. Мама на второй день сбежала из роддома. Одна из малышек — на грани жизни и смерти: у нее обнаружен порок сердца. К нам как раз приехали волонтеры из Киева. Муж и жена. Я им сказала, что очень нужен кардиозонд. Они согласились помочь и с операцией. Часть денег на нее (операцию делал в Киеве известный кардиохирург доктор Емец) дали они, часть выделили из областного бюджета. Операция прошла успешно. Нужна была еще одна. Эти люди быстро оформили документы на усыновление. Теперь в семье растут две здоровые девчонки.
Валентина Александровна может рассказать еще немало историй со счастливым концом — впору книгу о людских судьбах писать. Как, например, семьи возвращаются в Дом ребенка по второму и третьему разу, чтобы еще усыновить малышей. Или как обеспеченная молодая пара отдыхала на море, и жена привела свою половину в Дом ребенка, просто чтобы при виде этих детишек разбудить в муже отцовский инстинкт, а уехали они домой с ребенком. Или как она, В. А. Карташова, стала крестной матерью двоих мальчишек и девочки, нашедших родительскую любовь в семье дотоле неизвестных им жителей совсем другого города.
Увы, время нашей встречи-беседы истекло, а хлопот у Валентины Александровны выше крыши. Накануне в Дом ребенка привезли трех ребятишек — новеньких, а за ними вслед должны были поступить еще двое малышей-отказников. «Отказник»... Это ужасное слово «сопровождает» детишек, от которых отказались родные матери. Сколько их еще может быть?..
Словом, к новому, 2017-му, году большая семья Дома ребенка № 1 пополнилась еще пятью малышами. Итого — 81 нелегкая человеческая судьба, 81 человечек. Но есть надежда, что живут где-то люди, которым «на роду написано» встретиться с кем-то из них и разделить обретенное счастье поровну.
Мария Стерненко