|
|
   |
В новом учебном году в наш класс пришли трое новеньких. Витя и Лена все еще какие-то чужие, держатся в стороне и друг от друга, и от нас. А вот Ксана как будто ввинтилась прямо в центр событий. Ссорились из-за ерунды подружки, неразлучные еще с младших классов, — она стала их мирить. И так «помирила», что они расселись по разным партам и уже месяц не общаются. Добродушно переругивались на школьном дворе наши весельчаки-хулиганы, тут манерно подошла Ксана, что-то стала говорить... Кончилось нешуточной дракой. И так, в общем-то, во всем. Образовался вокруг новенькой какой-то вакуум — все стараются держаться подальше. «Прямо сорока, — услышала я краем уха от учительниц. — Яркая, все трещит и скачет...».
А мне с ней приходится в школу и домой одной дорогой идти. Живем, как оказалось, неподалеку. Не только мы, конечно, но не умею я отказаться, когда налетает Ксана и кричит на весь класс: «Домой вместе идем, есть важный разговор!». Разговор, конечно, никакой не важный, болтовня о всякой ерунде, просто хочет Ксана, чтобы все видели — не одна она идет.
А почти по дороге домой у нас большой торговый центр, с разными магазинами и кафе, трудно удержаться и не зайти побродить. Шли мы незадолго до каникул по продуктовому отделу, и вдруг мне Ксана конфетку в руку кладет: «Бери».
— Спасибо, — сказала я, засунув конфету в карман. Потом смотрю — Ксанка кексик шоколадный маленький жует. В магазине своя пекарня, все есть, от булочек до самых красивых тортов.
— И ты себе возьми, — сказала она. — Только маленькое что-то, никто и не заметит.
— Мне молоко и сметану купить нужно, — говорю. Булочки и кексы хоть и маленькие, но стоят недешево, покупаем их здесь нечасто.
— Так платить же не придется.
— Как это?
Ксана посмотрела на меня, как на дурочку: «Ладно, бери свои покупки, и уходим». Конечно, тут я поняла, что кексик она стащила, и очень боялась, что на выходе нас задержат. Нет, обошлось. А когда мы вышли, она протянула мне горсть конфет: «Бери, не бойся». И начала весело рассказывать, что у нее полно разных заколочек, ручек, других мелочей и сладостей, которые запросто можно взять в магазине и не платить. Она мне расскажет, как, это очень здорово и смешно. «И лица у охранников такие глупые, никто ничего и не поймет».
Мне стало почему-то очень стыдно, хоть я ничего не брала и даже никогда не думала про такое. И тут в кармане я нащупала конфету, про которую забыла, — значит, она тоже украдена? Ксанка еще что-то говорила, но я попрощалась и повернула к дому. Конфету просто выбросила. Больше мы вместе не ходили, а в школе я видела, что она о чем-то говорит с ребятами и показывает глазами на меня. Конечно, вряд ли скажет обо мне хорошо. А я вот о ее «развлечении» рассказывать никому не стала. Просто не буду с нею общаться.
ИРИНА