|
|
   |
Шел 1921 год. Еще продолжалась Гражданская война. Войска Врангеля под напором Красной Армии отступали в Крым. Их обоз попал в село Табулды, где они ненадолго остановились. Житель села, 35-летний Кузьма, увидел у них молодого коня белоснежной масти с одним правым глазом и раной на задней ноге и уговорил обозников оставить ему раненое животное на излечение.
Когда врангелевцы покинули село, Кузьма вспомнил, что не спросил имени коня. Его сосед-кузнец сказал: «Наш односельчанин Володька Бирюков пришел с войны без глаза и одной ноги. Давай назовем мерина Володькой. Он постепенно привыкнет к новой кличке». Так и решили. Кузьма вылечил коня, и тот служил ему верой и правдой, выполняя разные сельскохозяйственные работы.
Село Табулды (около сорока дворов) было многонациональным. Жили в нем татары, русские, украинцы и поселившиеся там по приглашению царской власти еще в середине XIX века немцы. Вот по их инициативе и решили копать всем селом артезианский колодец, поскольку полуостров всегда страдал от нехватки пресной воды. За три года, с 1929-го по 1932-й, вырыли его и даже обложили кирпичом. Установили на оси деревянный барабан, поставили чан и навесили трос на барабан: когда он вращался в одну сторону, бадья на тросе опускалась за водой в колодец, а вторая, наполненная, поднималась из него наверх, и человек, следящий за процессом, опрокидывал ее в чан. Затем все повторялось в обратном направлении.
Ухаживать за колодцем и доставать оттуда воду поручили Кузьме, а он привлек к этому делу Володьку. Для того чтобы поднимать бадьи, нужно было приучить коня ходить по кругу то в одну, то в другую сторону. Володька был очень умный, он быстро освоил новую работу и много лет исправно ее выполнял. Как только подходило время наполнять чан, конь шел к барабану и становился под ним. Кузьма или кто-то другой надевал на него шлею, привязанную под барабаном, и конь начинал ходить по кругу. Когда бадья, наполненная водой, была наверху, он останавливался, бадью выливали в чан, а Володька разворачивался и шел в другую сторону. После того, как чан наполнялся, конь ждал, чтобы с него сняли шлею. Если нужна была вода сверх обычной нормы, то заставить его работать мог только Кузьма. Освободившись, Володька шел в конюшню или пасся на ближайшем за селом лужке. Никто из селян не помнил случая, чтобы он опоздал или не пришел на водокачку.
Конь настолько привязался к Кузьме, что когда видел его своим единственным глазом, то поднимал голову и приветствовал легким ржанием. Летом у барабана собиралась детвора. Каждый старался принести Володьке что-то вкусное — кусок лепешки, немного овса, ячменя или просто свежей травы. Он никогда не принимал еду во время работы, но как только заканчивал, не обижал никого: аккуратно брал угощение из рук всех детишек своими мягкими губами.
В 1941-м фашисты оккупировали Табулды. Однажды туда заехала их техническая часть — несколько машин и с десяток мотоциклов. Остановились во дворе у водокачки. Им необходимо было много воды. А Кузьма только что снял с Володьки шлею. Подошел гитлеровец и решил сам надеть шлею на коня, но конь мотал головой, не давался ему. Тогда фашист взял палку и стал бить непокорного. Тут уж разъяренное животное схватило обидчика старыми, но еще крепкими зубами за плечо и так его трепануло о землю, что тот заорал благим матом. Немедленно другой фашист изрешетил голову Володьки автоматной очередью. Конь рухнул, обагряя кровью теперь уже бывшее рабочее место. Все, кто наблюдал это, пришли в ужас.
Окровавленного немца сразу же куда-то увезли на мотоцикле. Очень быстро полсела сбежалось к водокачке. Кузьма стоял и молча плакал. Пришел бригадир и сказал: «Берите лошадь, тащите за село и там достойно похороните...». Всех присутствовавших душили слезы, было очень жаль Володьку. Так за селом и похоронили трудягу коня, погибшего от рук фашистов. А селяне остались без пресной воды, пока не приучили другую лошадь.
Николай ТАРАСОВ