|
|
   |
Пригласили нас с подругой на маевку в одну малознакомую компанию. То есть мы знали друг друга, только учились в разных школах, редко общались. Дело происходило на даче у одного из парней. С утра светило солнце, а к обеду похолодало, пришлось нам с травки уйти домой. Дача была небольшая — комната и кухня, но уютная. Хозяин со своим приятелем оттерли гостей от кухни, где разогревалось съестное. Гости вели себя несколько разобщенно: кто книги старинные в древнем шкафу разглядывал, кто современный журнал листал, а вообще-то у всех были планшеты, с которыми скуки не бывает.
Вдруг в открытую форточку влетел шмель. Мохнатый пришелец стал летать кругами по всей комнате, гудя, как бомбардировщик. «Ой, он меня укусит!» — завизжала одна из девчонок. «Не укусит, а ужалит! — снисходительно объяснил ее мальчик. — Не бойся, я его убью». «Тоже мне, рыцарь нашелся», — злобно подумала я, но вступиться за шмеля не решилась, хотя жалко было толстого полосатого красавца.
Шмель изводил нас минут пятнадцать: то таился где-то, то снова с диким ревом начинал летать над головами. Когда он вдруг опустился на голову одного из мальчишек, тот замахал руками и заорал: «Прихлопните его!». Сильная половина дачного человечества с гиканьем взялась гонять насекомое по комнате, желая ударить кто покрывалом, кто полотенцем.
В это время хозяин дачи вошел в комнату и удивленно уставился на скачущих по комнате мальчишек. Когда понял, в чем дело, покачал головой: «Идиёты!». Вообще-то я противница грубых слов, но тут, мне показалось, оно было употреблено к месту. Хозяин взял бокальчик со стола, подошел к окну, на котором замер от усталости и отчаяния шмель. Парень аккуратно накрыл насекомое бокалом, под низ просунул лист бумаги — таким образом взял мохнатика в плен, а потом выпустил на улицу.
И я сразу влюбилась в этого парня. У него есть сердце! С первого вечера наши души потянулись друг к другу. Вот уже год, как мы встречаемся. На этот раз (опять проводим маевку на даче) скажу ему, кто пробудил в моем сердце нежные чувства.
Ева