|
|
   |
Одесский академический русский драматический театр подготовил для своей малой сцены трогательное представление о первой любви, какой она была у наших мам и бабушек. Это полуторачасовой дипломный спектакль выпускницы факультета театрального искусства КНУТКиТ имени Ивана Карпенко-Карого Дарьи Кюркчу по пьесе Геннадия Мамлина «Эй ты, — здравствуй!». Пьеса написана в далеком 1968 году, что не мешает ей появляться все в новых и новых режиссерских прочтениях.
— Почему именно эта пьеса? Сложно ответить конкретно, когда я ее в первый раз прочла, она меня чем-то зацепила, потом я поняла — эта пьеса о первой любви, о настоящей чистой любви, вся пьеса пропитана добром, и мне захотелось поделиться этим со зрителем, — рассказывает Дарья. — Прочла пьесу ночью перед сном, а утром проснулась с улыбкой, а в голове фраза «Эй ты, — здравствуй!». Это знак. Почему именно эти актеры? Потому что им ничего играть не нужно, в них живут Валерка и Машка, правда, немного повзрослевшие, им нужно было только вспомнить свою первую любовь, и вот произошло то, что увидели зрители.
Играть на малой сцене оказалось очень интересно: зрители совсем рядом, каждый реагирует по-своему, влияет на ход спектакля. «Купите гладиолусы, — обращается Машка к сидящему в зале мужчине, протягивая ромашки. — Не хотите? Вашей девушке будет приятно. Ой, девушка, что-то жадный он у вас, я бы на вашем месте подумала... А вы берете цветочек для дамы? Вот за такого я бы даже замуж вышла...». Конечно, все это не прописано в пьесе, но после такого опыта будет легче завладевать вниманиеем публики, брать в плен своим обаянием и внутренней убежденностью: заставлять увидеть в ромашках ухоженные гладиолусы, выращенные на продажу бабкой Таисьей...
Илья Болотов, играющий Валерку, очень убедительно перевоплощается в подростка, у которого и романтизм в голове, и напускная мужская грубость, и вера в справедливость, и уважение к людям. Оказывается, в отличие от Машкиной бабки Таисьи, он не берет плату с отдыхающих. Ведь это новые друзья, среди которых, между прочим, знаменитый фокусник Альберт Гвидо, по паспорту — Семен Семенович Лещинский. Но дядя Голиаф не разделяет юношеской восторженности племянника (меж тем, родство не доказано и весьма сомнительно).
Сценография заслуженного художника Украины Станислава Зайцева оставляет пространство для воображения, легко трансформируясь из дворов, разделенных деревянным забором, в набережную. Герои ссорятся и мирятся с горячностью, присущей пятнадцатилетнему возрасту, обсуждают взрослых и строят планы на будущее. И это тот случай, когда после финала спектакля хочется продолжения, уж больно приятное послевкусие он по себе оставляет.
Мария Гудыма. Фото Олега Владимирского