|
|
   |
В трех выставочных залах Художественного музея (Софиевская, 5а) открылась персональная выставка живописи одесской художницы Полины Зиновеевой «Свет и пространство».
Столь академическое название выбрала для своей экспозиции изящная, миниатюрная женщина, счастливая в браке и материнстве, успешная в профессии. Окончив художественно-графический факультет Одесского педагогического университета, Полина, одна из любимых учениц Ореста Слешинского, начинала с пейзажей родного Аккермана, но именно Одесса подарила ей множество впечатлений для создания впечатляющих морских видов, светоносных и радостных.
— Жизнь — нескончаемый поиск гармонии с тем, что окружает, и с самим собой, прежде всего. Принято считать, что человек искусства ближе всех стоит к постижению гармонии. Ближе к желанию ее постичь, вернее. Огромное количество усилий для того, чтобы изредка ощутить: «Да, сегодня во мне все так, как я хочу! И снова ожидание того, когда же я снова это почувствую: что работа продвинулась, удалась, а значит, и дышится легко и снова хочется искать. Искать гармонию с собой, окружением, природой, а пока вспоминать, что это уже случалось, а значит, еще возможно! На выставке можно увидеть 65 моих работ, созданных за последние 15 лет. Можно проследить, как изменялась моя живописная манера: начиналось все с довольно пастозных картин, а последние более графичны, — говорит о себе сама Полина.
«Холодное» морское побережье Полина Зиновеева иной раз пишет гладко, а иной — дерзко, оставляя на холсте почти свисающие, колючие мазки краски, а то и наклеенные белые бумажки, так ей хочется передавать барашки на волнах, и это, поверьте, не от неумения изобразить их в реалистической манере. Это тоже попытка взлететь над привычным. Похоже, у хрупкой и красивой художницы Полины начался «голубой период» в творчестве и обострилась тяга к левитации. Обнаженные фигурки девушек, растянувшихся на шарах Ланжерона (полушария фигурок рифмуются с архитектурными деталями) действительно хотят взлететь, порываются в голубизну холодного весеннего неба («Девушка на шаре», «Как хорошо!», «Время летать»). Многие морские пейзажи написаны словно с высоты птичьего полета, опять-таки голубым по голубому, и только изредка мелькнет яркий акцент вроде красного пластмассового стульчика, барахтающегося в кромке прибоя — все, что осталось от жаркого лета («Конец сезона»)...
— Полину Зиновееву с полным на то основанием можно назвать художником двадцать первого века, так как ее творческий путь совпадает с началом нового столетия, — говорит искусствовед Галина Богуславская. — К выставке в художественном музее Полина относится как к творческому отчету. Мы видим в этих залах прежде всего пейзажи-картины, не только поэтично передающие красоту Одессы и ее окрестностей, но и выражающие мировоззрение автора, его жизненные приоритеты. Живопись Полины светлая и неяркая. Мягкий рассеянный свет объединяет многие пейзажи так же, как и свободное, почти безлюдное пространство одесских пляжей, пригородных ландшафтов, городских площадей и улиц.
При всем том, что Полину можно назвать наследницей «сурового стиля», к которому принадлежал Орест Слешинский, ее наставник, но все же ее личный стиль отнюдь не суровый. Она любит пошутить, пошалить и поэкспериментировать в живописи, и сейчас, когда заботы молодой мамы заставляют ее проводить дома много времени, даже в интерьерных зарисовках и натюрмортах с бутылочками детского питания, остается художником высокого полета. Ее удивительное умение писать голубым по голубому и белым по белому, легкость кисти и дыхания позволяют художнице парить над бытом, подобно чайке, да еще и сообщать эту легкость, это парение зрителю.
София Левкович. Фото Олега Владимирского